Сто лет запоя: история самарской водки и завода «Родник»

 Сто лет запоя: история самарской водки и завода «Родник»

Более столетия волжский крепыш был в почете не только у жителей Самары, но и у гедонистов со всего мира и даже удостаивался похвалы Екатерины II. Однако в 90-х что-то пошло не так, и у главного производителя напитка — завода «Родник» — начались проблемы. Корреспондент «Сома» Ксения Частова изучила архивы и разобралась, что случилось с легендарным предприятием, кто виноват в его гибели, и куда утекла вся водка.

Слова: Ксения Частова

Бизнес под страхом смерти и быстрый успех

Постройку первой самарской промышленной винокурни связывают с именем Степана Разина. Рассказывают, что атаман приказал монахине Алене разыскать того, кто соорудит водочное производство. Женщина нашла купца и в 1670 году под страхом смерти заставила его заняться стройкой. Винокурня в дальнейшем обеспечивала крепкими напитками все войско Степана Разина, которое тогда насчитывало около 80 тысяч человек. Вскоре восстание было подавлено, но винокурня уцелела. Самарскую водку потом хвалила и Екатерина II. 4 августа 1773 года императрица дала указание поставлять ее ко двору. Дальнейшая судьба винокурни неизвестна.

В 19 веке при поддержке графа Сергея Витте построили Самарский №1 казенный винный склад — будущий комбинат «Родник». Предприятие заработало в июле 1895 года. Ему предстояло прославиться на весь мир, пережить первую и вторую мировые войны, а также антиалкогольные кампании и корпоративные конфликты.

Источник фото

Популярность и первые кризисы

Завод стремительно развивался. Уже в 1900 году предприятие расширило свою территорию на более чем полторы тысячи квадратных метров. Спрос рос, а с ним и объем поставок. Для удобства транспортировки продукции к заводу подвели железнодорожную ширококолейную ветку. После революции ассортимент предприятия расширился за счет наливок и настоек. В 1930 году запустилось ликеро-наливочное производство, и в каталоге продукции завода появились номерные портвейны и белый херес. Так предприятие стало называться Самарский ликеро-водочный завод.

В 1941 году, во время войны, руководству предприятия пришлось сократить объем производства алкогольных напитков и переключиться на пищевые концентраты, ленточные запалы и зажигательную смесь. После войны и кризиса, связанного с ней, в середине 60-х СЛВЗ первому доверили экспортировать в США русскую водку. Напиток быстро полюбили за рубежом, а его выпуск вскоре достиг одного миллиона декалитров в год. Заказчиками завода стали 50 стран мира, в том числе Канада, США, Германия, Франция, Испания и Греция. Об этом в интервью журналу «Босс» рассказывал бывший генеральный директор комбината Александр Милеев 

Без серьезных потерь завод пережил даже антиалкогольную кампанию 1985 года, когда советские власти потребовали свернуть производство алкогольных напитков по всей стране. Прекратив выпуск ликеро-водочной продукции, предприятие должно было переключиться на производство лимонадов — тархуна, байкала и колокольчика. Оборудование, на котором делали крепкие напитки, приказали демонтировать. «Но на свой страх и риск тогдашнее руководство „Родника“, надо отдать ему должное, оборудование не демонтировало, а законсервировало вместе с частью заводского корпуса. На комбинат приезжали комиссия за комиссией: „Сколько оборудования сняли, уничтожили? Ах, еще не успели?!“ Директора еженедельно вызывали в обком партии», — вспоминал Александр Милеев 

В 1987 году советские власти решили ослабить антиалкогольную кампанию. В стране начали восстанавливать производство крепких напитков. Быстро «разморозив» производство, самарский завод стал одним из первых предприятий, кому удалось возобновить выпуск своей продукции. В 1987 году комбинат разлил по бутылкам около 400 тысяч декалитров алкоголя. А спустя два года он вернулся к прежним объемам производства. В 1989 году выпуск составил около четырех миллионов декалитров. 

Новая история, новые русские и новые проблемы

В 90-х комбинат, как и многие другие российские предприятия, акционировали — тогда он стал открытым акционерным обществом «Родник». Впоследствии компании, работающие на мощностях завода, сменят еще не одно название. Контрольный пакет акций «Родника» — 51% — остался в руках государства. Другие акции достались частным компаниям и лицам. Например, часть ценных бумаг в перестройку отошла торгово-промышленной группе «Мико». В кризисные годы самарский комбинат вновь сократил производство, но удержался на плаву. Как сообщала в 2001 году газета «Самарское обозрение», по итогам 2000 года общий объем производства водки и ликероводочных изделий предприятия составил всего полтора миллиона декалитров. Из них восемь тысяч декалитров отправили на экспорт. «По сравнению с 1999 годом рост — 15,1%», — отмечало издание. http://www.63media.ru. 

В 2000 году, когда был создан ФГУП «Росспиртпром», «Самарский комбинат „Родник“» вошел в его состав, как и все остальные государственные предприятия, выпускающие алкогольную продукцию. В коллекции ФГУП самарское предприятие стало самым ценным активом. Возглавил «Росспиртпром» бизнесмен, а ныне ветеран водочного рынка Сергей Зивенко. В первый год своего правления Зивенко и его команда выбрали на предприятиях «Росспиртпрома» дружественный себе менеджмент. Однако в июле 2002 года он ушел в отставку. Вскоре после этого счетная палата выявила многочисленные нарушения, допущенные ФГУП при Сергее Зиновенко. Например, недоплату предприятием в бюджет 17,5 миллиона рублей и использование им неучтенного спирта.

Летом 2002 года место Зивенко занял генерал-майор налоговой полиции Петр Мясоедов, хотя экс-глава «Росспиртпрома» сохранил влияние на нескольких заводах ФГУП. Одним из таких предприятий и стал «Родник». Компании корпорации «Град» Сергея Зиновенко все еще контролировали 35% акций комбината. Спирт для его продукции закупался у близкого «Граду» ульяновского производства, хотя у компании были собственные спиртзаводы в Рождествено и Новом Буяне. Сбыт продукции «Родника» тоже шел через организации, близкие корпорации Зиновенко. Но в 2003 году эту схему изменили. 

В ходе многочисленных конфликтов были переизбраны члены совета директоров и руководитель предприятия. У руля комбината оказалась новая команда «Росспиртпрома», а генеральным директором «Родника» назначили главу торгово-промышленной группы «Мико» Александра Милеева. «Первое, что мы сделали, когда пришли сюда, — отказались от ульяновского спирта, снова запустив свои спиртзаводы: использование низкокачественного спирта погубило бы наши бренды. Мы заключили контракт с ульяновским филиалом «Симбирской стекольной компании» на разработку нового дизайна бутылки. Он уже готов. Это будет оригинальная бутылка с нашим фирменным логотипом — рюмочкой. До сих пор на заводе использовалась обычная, „гостовская“, тара. И только водка „Премиум“ разливалась в фирменную, французскую. Мы же хотим постепенно перейти к тому, чтобы вся продукция „Родника“ продавалась в фирменной бутылке», — рассказывал журналу «Босс» в 2012 году Милеев.

Источник фото

Проблемы с лицензией и непреодолимый кризис

В 2006 году многие предприятия «Росспиртпрома» пережили два масштабных кризиса. Первый возник в силу необходимости увеличить уставные капиталы компаний, что было продиктовано новым законодательством. Второй связан с введением новых акцизных марок, которые смогли получить не все производители алкоголя. Обе проблемы коснулись и «Родника». Комбинат не мог увеличить уставной капитал, так как эти попытки блокировали миноритарии компании. Выпускать алкоголь без акцизных марок нового образца он тоже не мог, и производство встало. Ко всему прочему самарский комбинат, переживший несколько корпоративных конфликтов, накопил более 300 миллионов рублей долгов. В итоге он стал испытывать трудности с уплатой налогов и сборов. А из-за долгов перед ФНС предприятию отказались выдавать лицензию на производство спиртных напитков. 

Аудиторы Счетной палаты отмечали, что шансов возобновить деятельность в 2007 году у «Родника» практически не было. Вскоре завод был признан банкротом. Как писала в 2008 году газета «Самарское обозрение», деятельность комбината так и не возобновилась http://www.63media.ru. ««Родник» слишком долгое время сначала был центром корпоративной борьбы за право управлять им, что принесло убытки и рост долгов в 2003-2004 годах, а затем попал в следующие передряги, из которых предприятие уже не вышло», — рассказал изданию один из бывших руководителей комбината. http://www.63media.ru. 

Второе дыхание

Пока в Самаре оплакивали старый «Родник», в городе уже строился новый. В 2006 году Владимир Ханикаев, Алексей Гусев и Александр Николаев зарегистрировали компанию под названием «Самарский комбинат «Родник». Однако ее реальным собственником СМИ называли депутата Самарской губернской думы и основателя холдинга «Мико» Александра Милеева. В октябре 2006 года в Самаре был открыт новый завод по производству спиртных напитков, а его мощность составила свыше 5 миллионов декалитров в год.

Получив право на торговые марки своего предшественника, возрожденный «Родник» начал выпускать алкогольную продукцию под любимыми городом этикетками — «Золотой Родник», «Стержень», «Самарская», «Триумфальная», «Родник-Лимон», «Родник-Хлебная», «Родник-Черная смородина», «Сретенка», «Думская», «Древняя Самара», «Степная», «Экстра» и другими. Объем выпуска продукции «Родника» в 2008 году указывался в тоннах и превысил 1800 тонн. В 2012 году производитель нарастил объемы розлива в пять раз. В основном, это произошло за счет контрактов на производство сторонних брендов. В результате штат предприятия увеличился примерно на 40%, достигнув 600 работников. 

Источник фото

Невыполненные обещания и ложные надежды

В 2014 году на предприятии прошел рейд Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России. Тогда на заводе обнаружили около 700 тонн неучтенного этилового спирта и фиктивные акцизные марки. Вслед за полицейскими комбинатом заинтересовались и в Росалкогольрегулировании. Надзорный орган быстро лишил лицензий на производство и хранение алкогольной продукции «Родник» и спиртзавод «Буян». Это парализовало алкогольный бизнес комбината. Договориться с Росалкогольрегулированием собственникам завода не удалось. Не помогла и регистрация нового юридического лица. Как сообщали СМИ, основным условием перезапуска «Родника» со стороны регулятора рынка была смена владельцев предприятия. Интерес к комбинату проявило областное правительство, но стороны не смогли договориться о стоимости бизнеса. 

В середине 2016-го «Роднику» подыскали нового владельца. Почти половина доли в капитале компании оказалась продана федеральной группе «Кристалл-Лефортово» Павла Сметаны, а сумма сделки составила 350 миллионов рублей. В дальнейшем новый хозяин должен был выкупить 100% акций завода. Москвичи обещали, что объем производства комбината составит 300 — 400 тысяч декалитров ежемесячно. К осени 2016-го «Родник» вновь заработал, но заявленные показатели так и не продемонстрировал — вместо этого завод выпускал всего лишь 50 декалитров в месяц. Но даже в таком темпе «Родник» не смог продержаться долго.

В середине 2017 года производство на предприятии снова остановилось. Источники «Самарского обозрения» сообщали, что остановка «Родника» связана с финансовыми трудностями «Кристалл-Лефортово». У холдинга якобы отсутствовали средства на приобретение акцизных марок, без которых комбинат не мог работать. Аналогичные перебои возникали и на других заводах предприятия. В начале 2018 года разразился кризис во всей структуре группы «Кристалл-Лефортово». Кредиторы стали требовать с холдинга миллиарды рублей долгов. 

Проблемы «Кристалл-Лефортово» связывали с неудачной попыткой приобрести бизнес некогда крупнейшего в России игрока на рынке водки — столичной «Статус-групп». На фоне происходящего компании Сметаны стали проходить процедуру банкротства и терять контроль над своими заводами. В 2018 году «Родник» в очередной раз признали банкротом, а 15 января 2021 года на заводе ввели конкурсное производство. Это означало, что в ближайшее время имущество предприятия продадут на торгах, чтобы выручить деньги и вернуть долги кредиторам.

Теплые воспоминания, угасшая вера и запах спирта

Бывшие сотрудники «Родника» с теплом вспоминают годы работы на комбинате, но уже не верят, что предприятие когда-нибудь снова перезапустят. Об этом одна из них на условиях анонимности рассказала в беседе с корреспондентом журнала «Сом». «Первое, что всплывает в памяти, когда вспоминаю работу на „Роднике“ — это, разумеется, запах спирта. Потому что на половине пути по производственной линии бутылки всегда шли открытыми. А иногда еще и разбивались. Но когда мы долго находились в цехе, принюхивались — спирт уже так остро не ощущался. 

Второе — коллектив. Да, у нас не было каких-то пафосных вечеринок и этих модных „тимбилдингов“. Но были очень душевные посиделки: многие работали по несколько десятков лет и хорошо друг друга знали. Помню, несколько человек всегда уходили на обед чуть раньше и подогревали в микроволновке еду для остальных — это было очень мило. Потом все вместе кушали в комнате для переодевания: там у нас стоял стол. 

А еще летом сотрудники из лимонадного цеха подпаивали нас лимонадом, когда было очень жарко. Жаль, уже ничего не вернуть, комбинат — банкрот. Не знаю, что у них там произошло. Но, боюсь, время все возрождать безвозвратно упущено».

Похожие записи

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *